Евдокия Мишура: Покупать платья ездили трудовыми коллективами в Ригу

irina 22.04.2021 13:38
Евдокия Мишура: Покупать платья ездили трудовыми коллективами в РигуЕвдокия Тимофеевна Мишура, в девичестве Цветкова, родилась 20 марта 1925 г. в Пскове.

В Кёнигсберг попала в 1947 году. Так и стала прусская земля родиной ее детям, а потом и внучке.

Вот как вспоминает свою жизнь Евдокия Тимофеевна:

ВОЙНА

«В Пскове я жила с мамой и папой, братьями и сестрами до того, как началась война. Мне тогда исполнилось 16 лет. Через два месяца немцы были под Псковом. Жителей вывозили на семи эвакуационных товарных составах. Первым составом уехала мама и мы, семь детей. А папа и старший брат Тимофей, 1923 года рождения, остались. Тимофей поехал в тыл вторым составом, а папу, его звали Тимофей Сидорович, отправили работать в Ленинград. Псков тогда входил в Ленинградскую область, папа работал машинистом тепловоза. В Ленинграде он подвозил снаряды к линии фронта. Когда кольцо блокады замкнулось, то папа там и остался. Он умер в 1942 году от голода и похоронен на Волковском кладбище».
«Нас эвакуировали в Мордовию, станция Атяшево. Разгружали на повозки, машин тогда не было, и отвозили в Дубенский район, село Поводимово в колхоз имени Ленина. Расселяли либо в пустующие дома, либо на постой к местным жителям».
«Поначалу с мамой мы работали в колхозе. Помню заготовку дров для местных школ – тяжелейший труд! Работали на лесоповале - рубили деревья, обрубали ветки, распиливали на части, потом загружали в вагонетки и по деревянным рельсам таскали вагонетки к станции. И как сил хватало?»
«Когда вышло постановление Совета Народных Комиссаров СССР об образовании управления трудовых резервов, по разнарядке призвали всех молодых людей. Меня и ещё двух девушек направили в школу ФЗО №3 в Саранске. Там мы заполнили анкеты- автобиографии, нет ли среди родственников врагов народа. После проверки нас зачислили учениками на 583-й военный завод. Проучились шесть месяцев, причем почти сразу встали к станку. Мы вытачивали части к снарядам. Работали 12 через 12, в основном, женщины. Спустя месяц я уже давала двойную норму. Фотографии особо отличившихся размещали на Доске почёта. Потом сдали экзамены на токаря, меня оставили при школе ФЗО исполняющей обязанности мастера. Я следила за качеством изделий и соблюдением техники безопасности учениками».
«Школа ФЗО имела общежитие, поначалу нас кормили три раза в день, потом стало хуже с питанием, мы голодали. Затем ввели карточную систему. На заводе я проработала до 1945 года. Когда закончилась война, мы выбежали на улицу Саранска, кричали и плакали от счастья».

КЁНИГСБЕРГ

«Наш завод в Саранске закрылся, в нём отпала необходимость. Сразу же пришла разнарядка из Москвы, все 100 токарей направили на завод «Москвич». Там я проработала полтора года. Мама же переехала обратно в Псков. Потом и я вернулась на родину, потому что маме было трудно кормить детей, нужна была помощь. В Пскове было все разрушено, работы не было».
«А тут приходит вызов от брата Тимофея, приглашает нас в Кёнигсберг. Его по разнарядке в 1942 году направили в училище за Урал, а во время битвы за Сталинград все учащиеся того училища были перекинуты на защиту города. Тимофей получил ранения, очень долго лечился, в 1946 году был отправлен в Кёнигсберг».
«Честно говоря, я не понимаю, почему сейчас отмечают 75-летие Калининградской области, ведь она была образована в октябре 1946 года…»
«Когда умер папа, маме было всего 44 года. Детей поднимать надо, вот мы собрались и поехали в Кёнигсберг. Ехали на пассажирском поезде, когда была остановка в Вильнюсе, на перроне продавали колбасу, сыр, хлеб, и соседи по купе эти продукты покупали, но у нас денег не было, мы делали вид, что не хотим есть».
«Приехали в Кёнигсберг, Тимофею как лейтенанту дали домик на улице Возрождения, это район Шенфлиза. Старшая сестра стала работать учительницей в школе глухонемых. Я устроилась плановиком в Облсельхозснаб, снабжали колхозы семенами, запчастями и всем необходимым. Зачислена 10 февраля 1947 года и ни дня не бездельничала, всё время работала именно в этой организации. Зарплата была 120 рублей. И перед пенсией, чтобы мне начислили больше денег, два года трудилась под Гурьевском, там как раз начали строить первые корпуса птичников».
«Калининград был полностью разбит. Каждое воскресенье все обязательно убирали камни, расчищали улицы. Потом, позже, коллективами ездили в колхозы, помогали в уборке овощей. Техники было мало, всё убирали с полей вручную».
«До 1948 года была карточная система, получали хлеб, крупу. За городом прикупали молоко, творог у немцев, они держали коров. Когда пришла весна, мы начали высаживать на своем участке возле дома картошку, морковь, свёклу, это очень помогало выжить».
«Мама хорошо шила и вязала. Все врачи, которые работали в больнице на Дзержинского, были фронтовиками. Я знаю, потому что они приходили к маме обшиваться. Даже жена командира дивизии среди врачей была. Но в основном они ездили в Ригу, покупали одежду, обувь, ткань, продукты именно там. И наша организация собирала машину сотрудников и с субботы на воскресенье ездили в Ригу коллективами. Это 1948-1949 годы».
«В Кёнигсберге было очень спокойно после войны. Мы, молодёжь, после работы из Московского района шли в областной дом офицеров на Кирова пешком туда и обратно. Никогда не было никаких инцидентов».
«Королевский замок взрывали при мне. Тогда часто освобождали улицы от разрушенных домов, взрывая их. Именно по этой причине случилось обрушение стены на трамвай с людьми. Водитель трамвая, это была уже русская водитель-женщина, не послушала и все равно поехала мимо такого дома, вот трамвай вместе с людьми и завалило».

НЕМЦЫ

«Зима 1947 года была холодная, умирало очень много немцев. Постоянно привозили их хоронить в нашем районе в лесу, там было немецкое кладбище. На улице Яблочной вдоль трамвайных путей стояли разбитые дома, немцы в подвалах этих домов ютились, там было зябко, да и питание неважное, вот и умирали».
«При немцах в каждом районе области был свой кирпичный и молочный заводы. Нашим Совнархозом командовала Литва, она все эти кирпичные и молочные заводы вывезла к себе на территорию. Об этом не говорили, но мы об этом знали, потому что работали с районами. Это потом уже здесь появился силикатный завод и стали выпускать кирпичи. А тогда не хватало стройматериалов на восстановление Калининграда».
«Поначалу в городе было много немцев-рабочих. Когда я приехала в Кёнигсберг, трамваи уже ходили и водителями были немцы».
«Наши молодые люди ухаживали за немками, некоторые даже хотели жениться, но им не разрешали. Конечно, сразу было видно, что это немка - все с причёсками, очень ухоженные. У немцев была здесь одно время и своя школа, и немецкий клуб, в наши клубы они не ходили. А в 1948 году их всех выселили».
«После немцев остались замечательные сельхозполя, сделаны аккуратными загонами с хорошей дренажной системой. К сожалению, мы всё порушили. Под Зеленоградском в районе станции Железнодорожная было целое поле моторов от немецкой техники. Куда они потом делись, не помню».

СЕМЬЯ

«С мужем своим, Иваном, я познакомилась в 1946 году. Как-то иду домой, а с братом Геной стоит офицер. Я спрашиваю: «Ген, ты домой?» «Да, сейчас», - говорит. Иван жил с нами по соседству и три года ухаживал за мной. Наконец я согласилась. Пошли в ЗАГС, нас расписали. Тогда и свидетели не нужны были, в 1950 году. Никакой свадьбы и красивого платья не было. Иван каждый месяц высылал деньги родителям в Ставрополье. Они ютились в землянке и начали строить свой дом, вот он и помогал».
«Жили на втором этаже деревянного дома, комната 13 квадратных метров, печное отопление, воду носили, туалет на улице. Только в 1975 году, когда мне уже 50 лет было, я смогла нормально вымыться в ванной – получила квартиру в новостройке на Московском проспекте. Именно тогда и начали город восстанавливать».
«Мой муж был очень умным и начитанным человеком. А как в шахматы играл! В Доме офицеров как-то проходил шахматный турнир. Иван играл с известнейшим советским шахматистом Михаилом Ботвинником, и вот Ботвинник согласился на ничью».
«Прожили мы с Иваном 25 лет. У нас родилась дочка, затем она вышла замуж, появилась внучка. Иван умер от последствий войны: был ранен, контужен. Выходила замуж за лейтенанта, а хоронила майора».
«Моя дочь погибла в 1999 году. Ехала с дочкой на такси. Таксист заснул за рулем и врезался в дерево, она погибла, внучка выжила».

СССР

«Советские времена вспоминаются ощущением счастья. Мы с удовольствием ходили на демонстрации, пели песни, жили дружно. Проводили вечера, специальные праздники, коллективом с ночёвкой ездили отдыхать в Зеленоградск. В Дом офицеров на Емельянова часто приезжала Клавдия Шульженко, другие очень знаменитые певцы, спектакль ставили».
«После Сталина уже не было дисциплины, при Хрущеве хлеба не было детям, кукурузу здесь сажали при Хрущеве, одни убытки».
«В советские годы много делалось для простых граждан. Например, к домам подъезжали автолавки, и мы покупали молочную продукцию местных молокозаводов».


ПЕНСИЯ

«Когда мне исполнилось 55 лет, я тут же подала заявление на пенсию. Меня уговаривал остаться директор птицефабрики. Но я устала работать, зарабатывать на семью, на хлеб, с 16 лет совсем не отдыхала. Пенсия 127 рублей, на одну хватало».
«Брат Гена получил садовый участок, и я хотела тоже получить там землю. Но мне не дали, а чиновнику из администрации дали. Я написала письмо в Народный контроль. Оттуда приехали и спросили, какой я бы хотела участок получить. Брат подобрал мне хороший, в Гурьевске. Но в 2002 году я сломала ногу, стали проявляться все мои болячки, пришлось земледелие бросить и теперь сижу дома».



Просмотров:1864

Комментарии